Из записок Хайбулы Муртазалиева : 1. Никогда никому за свою жизнь не сказала обидного слова. 2. Если у нее было два яблока одно она отдавала на садакъа. 3. Несмотря ни на богобоязненность ни на возраст не переставала работать. 4. С 20 летного возраста не постилась только в ураза и курбан праздники. Умерла в 54 года. Ни разу не выходила замуж. 5. Не различала ни родственников ни друзей. Все были для нее братьями и сестрами по вере. 6. Не спала настояшим полным сном. 7. На ее одежде насчитывалось 16 заплаток. 8. Вся жизнь ее прошла в ибадате. 9. Она не знала плохого слова. 10В жажду и голод ей помогали ангелы11Умерла разговаривая.

Эта- Ц1умалиса Пат1ина, да будет доволен ею Аллагь ! На аварском трогательнее.

http://www.odnoklassniki.ru/group/50800045916179/topic/212453133843

 

Султан Денгагаджиев

Мой дедушка по материнской линии Гъомок-МухIамад был обычным трудолюбивым человеком. На заработанные средства он покупал земельные участки и потому имел относительно много земли. Он умудрился приобрести земельный участок даже в ботлихских садах. Гъомок-МухIамад занимался не только земледелием. Его хозяйство имело определенное количество овец и крупный рогатый скот. В тридцатые годы, когда началась коллективизация, некоторые анчихцы, которые имели крепкие хозяйства, были раскулачены и отправлены в ссылку. Мои оба дедушки, и ШамхалмухIамад по прозвищу ШамхватIо (о нём я расскажу позже) и Гъомок-МухIамад, подверглись раскулачиванию. Гъомок-МухIамад, чтобы избежать репрессивных мер в отношении своей семьи, согласился выплатить сбор равный 40 пудами зерна. Это примерно I2-I3 мешков или 560 кг. Для тех голодных лет это был огромный налог. Моя бабушка Базилат рассказывала мне, что она частями отвозила это зерно в Ботлих, так как тогда автотранспорта не было. И когда шла в Ботлих, она специально надевала свою старую одежду, чтобы вызвать жалость у хакимов. Но представители власти говорили ей, мол, не прибедняйся и как бы плохо ты не оделась, тебя здесь никто не пожалеет, а наоборот, могут увеличить объём сбора. И на самом деле кому-то показалось, что Гъомок-МухIамад наказали не очень строго и через некоторое время его снова вызвали в Ботлих и поставили вопрос об отправке в ссылку. Чтобы избежать этой участи, дедушка обратился за помощью к своему кунаку в Ботлихе и тот сумел спасти деда от высылки. За это дед расплатился земельным участком в ботлихских садах. Ещё в недавнем прошлом, когда мы с мамой проезжали или проходили мимо садов у въезда в Ботлих, она с болью в душе и с комом в горле говорила мне, что в этих местах у дедушки был большой сад, и показывала мне дом кунаков. На этом испытания, которые пришлись на долю моего деда, не закончились. Один из трагических эпизодов его жизни произошёл в местности ГьачIваба на границе с селением Инхело, когда он пас там своих овец. В те годы в этой местности, видимо, наши границы еще не были чётко определены, или являлись спорными, что там пасли свой скот не только инхеловцы, но и члены других общин, не граничащих с Анчихом, и каждый утверждал, что это их территория. В один злополучный день у моего деда произошло выяснение отношений с человеком, который забрёл со своими овцами на анчихскую территорию. Спор перерос в драку и закончился смертью противника моего деда. Очень неприятно писать о таких случаях и происшествиях, потому что в этом нет никакого героизма и очень трудно кого-то называть победителем или правым, когда в конечном итоге каждый лишается чего-то очень ценного. Это выяснение отношений обошлось моему деду 10 годами ограничения свободы за убийство по неосторожности. И с того времени навсегда были определены и установлены границы на том участке между анчихцами и их соседями инхеловцами, хелетуринцами и алакцами. За преступление без злого умысла дедушку осудили и отправили отбывать наказание в Лакское село Кази-Кумух. И по-лакски и по-анчихски Кумух это Гъомек. Вот почему МухIамад стал Гъомок-МухIамадом. И сегодня мы всегда спешим к имени МухIамад что-то добавлять, хотя это порицается в исламе, так как это имя нашего Пророка МухIаммада (с.а.в.). После освобождения дедушка вернулся в родное село и считался признанным мастером-каменщиком по арочным строениям. С его участием построены арочные мосты (кIамура) в Холи, возле школы в Кора, в Къул,акьи в Бакьикъери и в других местах нашего села. У деда было три сына - Гаджимагомед, Карим, Хайбулагаджи - и дочь Марзият. Гомоков Карим и Гомоков Хайбулагаджи, ушедшие добровольно на фронт, не вернулись домой и пропали без вести. В последнем письме они написали, что сели в какой-то самолёт. Больше от них вестей не было.

Рохоева Машидат

Микогазиева Залият - это моя прабабушка. Она вышла замуж в 13 лет за 65 летнего моего прадедушку, родила троих сыновей и одну дочь. Через 12 лет умер прадедушка, и Залият в 25 лет осталась  одна с четырьмя детьми. Но она была очень сильная женщина, таких, как говорится, сейчас днём и с огнём не сыщешь. 

Залият умела гадать на камнях, если у кого потеряется бык, корова, телёнок или осёл, то приходили к ней. А она как кинет свои камешки, так и скажет,  где какое животное находится.

 Залият была патриотом своего селения, это она вложила в нас любовь к Анчиху. Хотя я со своими братьями и сестрой из селения Карата, Анчих для нас, благодаря ей,  останется вторым домом…

Ася Рахматулаева

К сожалению, я была маленькой, когда он умер, и в памяти остались лишь некоторые моменты из его жизни. Я помню его добрым и всегда приветливым. Когда он слег, мы часто ходили к нему, и каждый раз он обязательно вставал с постели, доставал из шкафа конфеты и протягивал их мне. Мы ласково называли его "анчакьидада". Это был замечательный человек... 

Рассказывают, что он по жизни был строгим и не любил несправедливость. Был очень аккуратным, никогда не носил грязную одежду, ходил в строгих костюмах. Односельчане помнят его постоянно чистую обувь. Они поражались тому, как он даже в слякоть умудрялся ходить в совершенно не испачканной обуви. 

Когда умер, ему было 63 года. Он прожил короткую, но яркую жизнь. Мой дедушка, Исламов Рахматула, родился в 1929 году в селении Анчих.

В 1944 году, окончив семилетнюю школу,он начал преподавать уроки географии в родной школе. Проработав в школе четыре года, дедушка поступил в Буйнакское аварское педагогическое училище. Дальше почти по годам можно описать его трудовую жизнь. Вот о чём свидетельствует его трудовая книжка.

1949 г. принят ответственным секретарем редакции районной газеты "Большевик" (ныне «Заман»), а через год назначен ответственным редактором.

1950 г. Назначен заведующим Ахвахскогог культпросвета

1951г.Поступил в Областную партийную школу при Обкоме КПСС.

1953 г. Назначен заместителем заведующего отделом пропаганды и агитации Ахвахского РК КПСС.

1954 г. Назначен 1секретарём РК ВЛКСМ.

1955г.Женился на Гамзатовой Патимат (Они воспитали шестерых детей, и каждый из них получил образование. Дедушка был педагогом и потому серьезно относился к учебе детей).

1957г.Назначен заведующим отделом пропаганды и агитации Ахвахского РК КПСС.

1959г.Назначен заместителем председателя Ахвахского районного исполкома депутатов трудящихся.

1961г.Зачислен слушателем в Ростовскую высшую партийную школу. Через год отозван из ВПШ для рекомендации на руководящую колхозную работу.

1962г. По рекомендации РК КПСС и Райисполкома избран председателем колхоза "Коммунизм" с. Анчих.

1964г.Утверждён инструктором Ахвахского райкома КПСС.

1965 г. Избран секретарем партийной организации колхоза "Коммунизм" с. Анчих.

1965г.году вернулся к педагогической деятельности.Его назначили заместителем директора по воспитательной работе Анчихской СШ.

За свою недолгую жизнь дедушка сменил много работ, так как раньше партработников часто переводили с одной работы на другую.

В 1992 году он умер. Но мы его часто вспоминаем.