Султан Денгагаджиев

Мой дедушка по материнской линии Гъомок-МухIамад был обычным трудолюбивым человеком. На заработанные средства он покупал земельные участки и потому имел относительно много земли. Он умудрился приобрести земельный участок даже в ботлихских садах. Гъомок-МухIамад занимался не только земледелием. Его хозяйство имело определенное количество овец и крупный рогатый скот. В тридцатые годы, когда началась коллективизация, некоторые анчихцы, которые имели крепкие хозяйства, были раскулачены и отправлены в ссылку. Мои оба дедушки, и ШамхалмухIамад по прозвищу ШамхватIо (о нём я расскажу позже) и Гъомок-МухIамад, подверглись раскулачиванию. Гъомок-МухIамад, чтобы избежать репрессивных мер в отношении своей семьи, согласился выплатить сбор равный 40 пудами зерна. Это примерно I2-I3 мешков или 560 кг. Для тех голодных лет это был огромный налог. Моя бабушка Базилат рассказывала мне, что она частями отвозила это зерно в Ботлих, так как тогда автотранспорта не было. И когда шла в Ботлих, она специально надевала свою старую одежду, чтобы вызвать жалость у хакимов. Но представители власти говорили ей, мол, не прибедняйся и как бы плохо ты не оделась, тебя здесь никто не пожалеет, а наоборот, могут увеличить объём сбора. И на самом деле кому-то показалось, что Гъомок-МухIамад наказали не очень строго и через некоторое время его снова вызвали в Ботлих и поставили вопрос об отправке в ссылку. Чтобы избежать этой участи, дедушка обратился за помощью к своему кунаку в Ботлихе и тот сумел спасти деда от высылки. За это дед расплатился земельным участком в ботлихских садах. Ещё в недавнем прошлом, когда мы с мамой проезжали или проходили мимо садов у въезда в Ботлих, она с болью в душе и с комом в горле говорила мне, что в этих местах у дедушки был большой сад, и показывала мне дом кунаков. На этом испытания, которые пришлись на долю моего деда, не закончились. Один из трагических эпизодов его жизни произошёл в местности ГьачIваба на границе с селением Инхело, когда он пас там своих овец. В те годы в этой местности, видимо, наши границы еще не были чётко определены, или являлись спорными, что там пасли свой скот не только инхеловцы, но и члены других общин, не граничащих с Анчихом, и каждый утверждал, что это их территория. В один злополучный день у моего деда произошло выяснение отношений с человеком, который забрёл со своими овцами на анчихскую территорию. Спор перерос в драку и закончился смертью противника моего деда. Очень неприятно писать о таких случаях и происшествиях, потому что в этом нет никакого героизма и очень трудно кого-то называть победителем или правым, когда в конечном итоге каждый лишается чего-то очень ценного. Это выяснение отношений обошлось моему деду 10 годами ограничения свободы за убийство по неосторожности. И с того времени навсегда были определены и установлены границы на том участке между анчихцами и их соседями инхеловцами, хелетуринцами и алакцами. За преступление без злого умысла дедушку осудили и отправили отбывать наказание в Лакское село Кази-Кумух. И по-лакски и по-анчихски Кумух это Гъомек. Вот почему МухIамад стал Гъомок-МухIамадом. И сегодня мы всегда спешим к имени МухIамад что-то добавлять, хотя это порицается в исламе, так как это имя нашего Пророка МухIаммада (с.а.в.). После освобождения дедушка вернулся в родное село и считался признанным мастером-каменщиком по арочным строениям. С его участием построены арочные мосты (кIамура) в Холи, возле школы в Кора, в Къул,акьи в Бакьикъери и в других местах нашего села. У деда было три сына - Гаджимагомед, Карим, Хайбулагаджи - и дочь Марзият. Гомоков Карим и Гомоков Хайбулагаджи, ушедшие добровольно на фронт, не вернулись домой и пропали без вести. В последнем письме они написали, что сели в какой-то самолёт. Больше от них вестей не было.

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter